Самый известный левша баскетбола

0
1

Самый известный левша баскетбола

Этот текст был написан в 2013-м для журнала PROСпорт во время турне ЦСКА по Северной Америке.

Самый известный левша баскетбола

На шикарной тренировочной базе «Сан-Антонио» чужаки появляются исключительно редко. Работники клуба говорят, что тренер команды Грегг Попович, будучи по натуре очень открытым человеком, в плане повседневной работы предпочитает тишину и покой, и открытый сравнительно недавно комплекс считает эдаким спрятанным от посторонних глаз сокровищем. Четырехкратные чемпионы НБА перед домашними матчами занимаются только здесь, отправляя соперников либо на основную арену AT&T Center, либо на площадки местных колледжей. Из американцев сюда однажды прорвался «Кливленд» (сам, кстати, обладающий не менее впечатляющей базой), а из иностранцев – сборная России, проведшая здесь часть подготовительного периода перед квалификационным турниром лондонской Олимпиады. Теперь в неприметное серое строение на Spurs Lane, дом 1, прорвался ЦСКА.

Ну как – прорвался… Здесь москвичей ждали с распростертыми объятьями все, начиная от генерального менеджера Ар Си Бьюфорда, заканчивая менеджерами по экипировке. Причина – давние дружеские связи тренеров и руководства, взаимная симпатия и уважение сильнейших клубов по обе стороны океана. Гости осматривают просторный игровой зал с двумя полноценными площадками, «тренажерку», медицинские комнаты, офисы менеджмента, склад, стиралки, бассейн во дворе… Сейчас здесь почти пусто, рабочий день закончен. В уголке раздевалки сидят только юный Кавай Ленард, в минувшем сезоне прорвавшийся в стартовую пятерку, и еще кто-то из молодых парней, опознать которого сможет разве баскетбольный фрик – ребята добросовестно отсматривают на большом телевизоре вчерашние выставочные матчи. В этот момент состав «Сперс» еще насчитывает 20 человек – 14 с гарантированными контрактами и еще шестеро кандидатов на единственную оставшуюся позицию в ростере. Эти шестеро ютятся по двое в одном шкафчике, подписанном маркером по белому пластырю. Тринадцать счастливчиков обладают именными закутками с красивыми табличками. И только один – Тим Данкан – может пользоваться сразу двумя локерами. «Тим более, чем заслужил это. По сути, именно он построил этот клуб», – констатирует проводящий экскурсию Трэвис, местный «хозяйственник».

Фигура Данкана для «Сан-Антонио» стоит особняком. Но рядом с ней располагаются еще двое – Тони Паркер и Эммануэль Джинобили, формирующие с Тимом знаменитое Большое Трио, созданное задолго до объединения в «Майами» нынешних кумиров молодежи ЛеБрона, Уэйда и Боша. И Джинобили здесь (извини, Тони!) тоже фигура особая. Если Данкан давит соперников надежностью и фундаментальностью, Тони разрывает скоростью и интеллектом, то Ману является, как говорят в Америке, «гейм чейнджером».

Самый известный левша баскетбола

Он способен в одиночку изменить ход игры – отличной защитой, агрессивными проходами под щит, попаданиями издали. А еще Джинобили – уникум по коллекции собранных наград. К примеру, он – один из двух людей в истории мирового баскетбола, кто выигрывал Олимпиаду, чемпионат НБА и Евролигу. Причем, в отличие от второй персоны, экс-центрового «Нью-Йорка», а ныне известного политика Билла Брэдли, во всех упомянутых турнирах исполнял лидерские роли и признавался MVP.

Он только что исполнил пару сотен бросков рабочей левой, разминаясь перед выставочным матчем с ЦСКА, и вот мы сидим в пустой комнате пресс-конференций AT&T Center, убивая последние минуты перед собранием команды, и вспоминаем, как Джинобили пробивал себе путь из второго итальянского дивизиона.

«Все произошло за два года, – рассказывает Ману. – Было круто всего за сезон в Европе совершить качественный прыжок. Впрочем, откровенно говоря, я сразу был уверен, что принадлежу к разряду лучших, и лига «В» – не мой потолок, а всего лишь первая ступень. Полезная ступень, ведь я получал много игрового времени, мяч и судьба команды находились в моих руках. И это помогало быстрее развиваться.

В лигу «А», в команду «Реджо-Калабрия», меня пригласил тренер Гаэтано Джебия, который всегда находился в поиске перспективных аргентинских игроков. Не сказать, что у него какая-то особая любовь к моей родной стране. Просто у него прежде играли аргентинцы, а потому, когда Гаэтано присмотрел меня в матчах второй лиги, он поинтересовался у Уго Сконокини, который сказал обо мне несколько теплых слов».

Как ни странно, но НБА поначалу совсем не значилась в списке целей талантливого аргентинца.

«Когда я был совсем юным, моей мечтой было сыграть за национальную сборную. Ведь тогда для аргентинцев было еще необычно выступать в Европе. Задумался об отъезде только в 16-17 лет. Чемпионат Аргентины при мне был очень хорошим турниром – по крайней мере, до того, как все наше поколение подалось за границу. Хватало денег, приезжали сильные легионеры – побеждать было тяжело. В принципе, лига и сейчас остается хорошей – она отлично организована, там играют жестко и атлетично, ты постоянно находишься под давлением. При этом все равно хотелось двигаться дальше, сражаться с лучшими европейскими игроками. Потому я сразу подумывал о том, чтобы податься в Италию или Испанию».

Сборная, которая навсегда изменила мировой баскетбол

Самый известный левша баскетбола

Джинобили не напрасно говорит о своем поколении. Мы почти хором, не задумываясь, перечисляем парней, вместе с ним выходивших на паркет в бело-голубых майках – Скола, Оберто, Носьони, Пепе Санчес, Дельфино, Сконокини. Эти ребята заставили говорить о себе всерьез, пробившись в финал чемпионата мира в 2002 году (тогда, откровенно говоря, только благосклонность арбитров к югославам не позволила сделать следующий шаг). А победа на афинской Олимпиаде в 2004-м уже никого особенно не удивила.

«В приходе отличной генерации игроков была изрядная доля удачи. В стране одновременно оказалось много хороших ребят, причем на разных позициях. Все заметно прогрессировали и вскорости подались в Европу». А затем и в НБА, где помимо Ману отметились Оберто, Дельфино, Носьони и Санчес, а Скола гоняет в Северной Америке и теперь.

Звездный этап карьеры для нашего героя начался, по сути, с Евролиги, в итальянском «Киндере», под руководством Этторе Мессины. Потому никто не удивляется, когда накануне, в разгар тренировки армейцев, в зале появляется Джинобили, и Мессина, оставив команду на ассистентов, отправляется мило болтать по-итальянски с бывшим подопечным.

«В мой первый год в «Реджо-Калабрии» мы встретились с «Киндером» в плей-офф чемпионата Италии, – вспоминает Ману. – Мы были маленькой командой, но играли здорово, я в том числе. «Киндер» сумел обыграть нас только в пятом матче серии до трех побед, и был очень близок к поражению. Было очевидно, что я добавил, набрался уверенности в себе, и мне предложили контракт.

Я знал, что Мессина бывает грубоват, что он любит порядок, чтит ответственность. Был готов к этому. До того момента я оставался большим игроком маленьких команд, талантливым бомбардиром – не более того. А хотелось стать лидером большой команды, побеждать. Потому стремился сделать следующий шаг.

Мессина оправдал мои ожидания. Он был очень строг, жёсток. Никогда не успокаивался, пока не убеждался, что ты осознаешь его требования. Этторе стал важнейшей фигурой в моей карьере и, по сути, сделал меня таким, какой я есть сейчас – хорошим игроком хороших команд. Заставил понять, как задействовать партнеров, как воспользоваться не только своими умениями, но и тем талантом, который есть вокруг тебя.

Самый известный левша баскетбола

В то время мы были интересной молодой командой. Тогда в «Киндере» только начинали раскрываться Ярич, Смодиш, Андерсен. Строгость Мессины была кстати. К тому же, мы знали, что у него есть генеральная идея. Мы верили ему, знали, что он приведет к успеху. Тем более что Мессина доказывал это результатами. Выигрывал все. Потому мы внимательно слушали и впитывали все, что он говорил.

Можно многое вспомнить, и, понятно, обычно в памяти остаются именно жесткие моменты. К примеру, мы как-то выиграли 33 матча подряд в чемпионате Италии и Евролиге. Тридцать три подряд! Следующей в очереди стояла обычная команда, хорошая, но ничем не выдающаяся. Перед матчем я сказал, мол, проблем возникнуть не должно. Если мы покажем свой нормальный баскетбол, то добьемся победы. И мы проиграли. Ох и налетел на меня Мессина после игры… Зато теперь я знаю: никакого соперника нельзя недооценивать. У меня таких воспоминаний полно, но общее ощущение такое: побеждать вместе было потрясающе».

За Ману приходит медиа-директор «шпор» Том Джеймс – пора бежать на предыгровое собрание. Жаль, мы так здорово беседовали, и сказанные накануне слова Тома, что Джинобили – один из самых приятных людей, с кем ему приходилось работать, полностью оправдываются. Аргентинец лишь подтверждает сей тезис, бросает: «Давай после игры договорим». И уходит, чтобы лишний раз подтвердить свой класс. Во встрече с ЦСКА он бросил по кольцу с игры четырежды, в том числе, трижды издали, ни разу не промахнувшись. Да еще и в защите так прихватил главных армейских снайперов Милоша Теодосича и Сонни Уимса, что те не знали, куда подеваться. Ему не пришлось бегать слишком много – товарняк, как-никак, – и резервисты еле-еле отскочили в овертайме, забросив победный мяч за 11 секунд до конца.

«У меня огромное уважение к ЦСКА, – утверждает Ману, переодевшись в неброские джинсы и рубашку. – Клуб был одним из лучших в Европе на протяжении десятилетия, является одним из грандов. Отличные игроки, тренер. Хотелось бы провести на площадке побольше времени, тем более что игра получилась плотной, вы доказали, что готовы бороться за победу. В то же время, все понимали, что это предсезонная встреча, и Поп хочет посмотреть на каждого в составе. ЦСКА сумел отыграть существенное отставание, вернуться в борьбу и вплотную подойти к победе. Уверен, многие из армейцев могли бы играть здесь, в НБА, просто они для себя выбрали Россию».

Самый известный левша баскетбола

Поп, он же – тренер Грегг Попович, прекрасно знает о силе выходцев из-за пределов США. Потому команда у него насыщена иностранцами: здесь играют французы, итальянец, доминиканец, канадец, бразилец, аргентинец, австралиец, не говоря уже об уроженце Виргинских островов Данкане. Кстати, только здесь, в Сан-Антонио, в отличие от других баскетбольных столиц Америки, не считают себя чемпионами мира после победы в плей-офф. На баннерах под потолком AT&T Center написано честно – «Чемпионы НБА».

Жизненный принцип Попа, цитата социального реформатора Якоба Рииса висит в раздевалке на самом видном месте. Она звучит так: «Когда больше ничто не помогает, я иду смотреть, как резчик по камню бьет по куску скалы сотню раз без видимого результата. На 101-м ударе скала раскалывается, и я знаю, что это сделано не последним ударом, а всеми предыдущими». Эти слова переведены на языки всех ребят из состава и развешена повсюду в пределах видимости. Конечно, Ману стремится следовать мудрости. Прошедшим летом, когда Джинобили подписал новый контракт, к нему в Аргентину «Сперс» отправляли двух тренеров, чтобы сформировать для своей звезды программу подготовки. Говорят, защитник много работал над броском.

«Много работаю над тем, чтобы ходить в проходы под правую руку и, считаю, что в последние три-четыре года добился прогресса, пусть игра правой и остается не сильнейшей моей стороной, – добавляет аргентинец. – Если есть возможность, конечно, скорее брошу левой».

И здорово удивляется, когда я рассказываю ему, что Андрей Кириленко – тоже левша. Пишет левой, а бросает правой – в детстве переучили. Так что, пожалуй, Джинобили – самый известный левша мирового баскетбола.

«Меня никто не стремился изменить, – утверждает Джинобили. – Да, раньше так было принято, отец рассказывал, что когда он ходил в школу, леворуких детей пытались переучивать, но я не так стар. Вообще у меня в семье все все делают правой. Отец и вовсе бросал штрафные двумя руками – вот так», – и демонстрирует бросок из-под юбки в стиле Рика Бэрри.

«У меня у самого близнецы, им по три с половиной года, – продолжает рассказ о семье Ману. – На матчи ходят редко, потому что в будние дни заняты в школе. Но если игра выпадает на воскресенье, приходят с радостью. Правда, им быстро наскучивает, и они отправляются играть со сверстниками в детскую комнату. Они только пошли в начальную школу, англоязычную, при том, что они изначально говорят только на испанском. Стараются научиться английскому, потихоньку подбирают слова. Про итальянский пока речи не идет, мы с женой-то говорим на нем только потому, что несколько лет жили в Италии. Вообще я очень-очень-очень счастливый человек. У меня прекрасная семья, классная работа, я живу в отличном месте. Считаю себя везунчиком».

Этторе Мессина, главный тренер ЦСКА:

Забавно, что в 2000-м мой «Киндер» пытался переманить сразу двух игроков – Андреа Менегина и Ману. Джинобили доставил нам немало неприятностей в плей-офф того года, но мы не были до конца уверены в том, какого прогресса он может достичь. Приоритетом был Менегин, потому что он был игроком стартовой пятерки сборной Италии, признанным мастером. Мы договорились с Андреа, но через 24 часа после этого он сказал, мол, я передумал, не приеду, и ушел в «Фортитудо», к нашим заклятым соперником. Тогда мы сразу заполучили Ману. Я полагал, что он может нам здорово помочь своим атлетизмом и скоростью, потому что в предыдущем сезоне у нас была очень медленная команда. Но я даже не ожидал, кем он может стать. Уже в первый месяц сезона, когда мы играли групповой турнир Кубка Италии, он действовал блестяще. Могу вспомнить его энтузиазм: на все тренировки и матчи он приходил с отличным настроением, улыбкой, он с удовольствием колотил сверху, отдавал невероятные передачи, исполнял фантастические номера. Другой момент: каждый раз, когда он сталкивался со сложностями следующего уровня, он обычно терпел неудачу, но моментально подстраивался и сам выходил на этот уровень. Пример: в первом матче Евролиги против АЕКа в Афинах он набрал, кажется, 4 очка, и все со штрафных. А через пять месяцев стал MVP Евролиги. Когда мы впервые играли в так называемом болонском дерби, в гостях у «Фортитудо», когда нас оскорбляли с трибун, когда в игроков летели плевки, он сыграл ужасно. В плей-офф чемпионата Италии он стал MVP и буквально уничтожил «Фортитудо». И так получалось каждый раз. Не могу сказать, что он был хорошим студентом: правильнее – он был настоящим чемпионом. Если под этим словом подразумевать отличного игрока и человека, скромного, веселого, уважительного по отношению к товарищам, тренерам, соперникам, баскетболу. Он никогда не позволял себе произнести хоть одно плохое слово по отношению к судьям или оппонентам. Если он падал, тут же вставал и бежал еще быстрее.

Невозможно поверить, что Ману Джинобили не вернется

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here